成奎安 Shing Fui-On
Борис Хохлов
2008年6月1日 07:37
2 / 5 942
Этот высокий, мощный громила на первый взгляд производит весьма жуткое впечатление – по представлению большинства людей, именно так должны выглядеть серийные маньяки или, на худой конец, настоящие бандиты с темным прошлым. Шинг Фуй-Он построил всю карьеру на своей необычной, очень запоминающейся внешности, и в большинстве своих ролей он играл отпетых мерзавцев, однако были и исключения – в нем умер, так и не развившись во что-то значительное, великий комедийный актер и мастер эпизода. В конце концов, далеко не каждый гонконгский кинозлодей может похвастаться двумя номинациями на HKFA.
С этого момента карьера Шинга резко пошла в гору – спустя несколько лет он стал буквально нарасхват, к концу десятилетия став одним из самых снимающихся характерных актеров Гонконга. В 1988 году он снялся в двадцати фильмах, в 1989-м – в тридцати, и ни одну из этих ролей нельзя назвать проходной – везде его герои отхватывали значительную часть зрительского внимания. Злобные гангстеры, хорошие полицейские, зверские маньяки и добрые семьянины – Шинг Фуй-Он играл все, и играл с блеском, малозаметными штрихами оборачивая свою необычную внешность той стороной, которая требовалась для роли. В одну секунду он свирепый психопат, а в другую – неуклюжий улыбчивый тюфяк.
Удивительно, что из всего многообразия сыгранных им ролей (нетрудно догадаться, что при такой работоспособности Шинга их набралось больше с та пятидесяти), главных среди них так мало, что их можно пересчитать по пальцам одной руки. Самая известная, пожалуй, состоялась в хоррор-комедии «Джинсовый монстр» (1991) – проходной, но достаточно известной как раз благодаря тому факту, что Шинг сыграл в ней главную роль. Впрочем, куда лучше он запомнился по серии триадовских боевиков, во многих из которых он играл с Чоу Юн-Фатом – особенно хорош он был в «Наемном убийце» (1989) Джона Ву.
В середине 90-х гонконгский кинематограф пошел на спад, количество снимаемых там фильмов падало с каждым годом, а после передачи Гонконга Китаю в 1997-м ситуация ухудшилась еще больше – многие звезды прошлого уезжали пытать счастья на запад или уходили на телевидение. Шинг Фуй-Он крутился, как мог, но для него попросту не было ролей, а в 2004-м году у него началась поистине черная полоса в жизни. Сначала он отравился на съемках «Гималайского сингха» и провалялся в местном госпитале пять недель.
А следом ему поставили жуткий диагноз – рак носоглотки. Полгода он боролся с болезнью и к апрелю 2005-го полностью избавился от нее, но немалой ценой – потерял много веса, его обоняние ухудшилось на 10 процентов, он оглох на правое ухо и вдобавок отказали слюноотделительные железы. Однако Шинг ничуть не потерял вкуса к жизни. Уже в конце мая он начал появляться на публике и в одном из своих первых интервью сказал: «Еще в январе я был очень слаб. Я не мог подняться на пять ступенек по лестнице и весил 60 килограмм, но я быстро иду на поправку. В июне я планирую участвовать в автогонках в Малайзии и Тайланде, а потом еду в Пекин сниматься в телесериале».
Все планы актера, которые он строил три года назад, осуществились и сейчас он ведет спокойную жизнь, свободную от потрясений и рисков. В прошлом году он снялся в триллере братьев Панг «Детектив», главную роль в котором играл Аарон Квок, и он не оставляет свои хобби – автогонки и путешествия (особенно Шинг любит Тибет). В прошлые годы ходили устойчивые слухи, что он состоит в триадах – кто-то видел, как он собирает деньги за защиту с владельцев магазинов. Тем не менее, слухи так и не получили официального подтверждения, хотя попытка Шинга начать свое собственное дело, открыв магазин стройматериалов, с треском провалилась – посетителей у него практически не было, мало кто решался связываться с ним. Кроме того, до рака он пробовал себя в политике – в 2003-м году выдвигал себя на пост мэра одного из городов в Новых Территориях. Правда, выборы он проиграл – видимо, внешность все-таки дала о себе знать.
Этот высокий, массивный актёр с тяжёлым взглядом и характерной ухмылкой десятилетиями играл людей, которых зритель привык бояться. Шин Фуй-Он стал одним из самых узнаваемых экранных злодеев гонконгского кино 1980–1990-х годов. Его лицо знали все, но его имя редко выносили на афишу крупным шрифтом.
Он родился 1 февраля 1955 года в Гонконге. В юности зарабатывал физическим трудом, работал в торговле, некоторое время был связан с уличной средой — этот факт позднее активно обсуждался прессой и усиливал его экранный образ. В кино он пришёл не как выпускник театральной школы, а как человек «с улицы», начав с эпизодов и технической работы на съёмках.
Переломным моментом стало участие в фильме «Светлое будущее» режиссёра Джона Ву. Затем последовал «Наёмный убийца». Эти картины стали классикой жанра, а Шин — частью их визуального кода. Его персонажи редко доживали до финала, но почти всегда запоминались.
В конце 1980-х его работоспособность поражала. В отдельные годы он снимался более чем в двадцати фильмах. Это был пик гонконгской киноиндустрии — свыше двухсот релизов в год. Для актёра второго плана такая плотность означала стабильный доход, но не гарантировала стратегического роста. Главных ролей у него было немного. Даже появляясь на экране ненадолго, он перетягивал внимание, однако индустрия продолжала использовать его как функцию — злодея, бандита, устрашающего громилу.
При этом в его игре присутствовал комедийный потенциал. Он умел ломать собственный образ, внезапно становясь нелепым, ироничным, почти трогательным. Однако продюсерская логика требовала от него прежде всего угрожающую фигуру.
В середине 1990-х гонконгский рынок начал сокращаться. После 1997 года производство резко упало, часть звёзд уехала работать в США или на материк. Для Шина ролей становилось меньше. Он пытался диверсифицировать деятельность: открыл магазин строительных материалов — бизнес не пошёл. Покупатели обходили его стороной: экранная репутация пугала реальных клиентов. Он пробовал себя в автоспорте, участвовал в региональных гонках, что подчёркивало разрыв между экранным образом и реальной личностью.
В 2003 году он участвовал в выборах в одном из районов Новых Территорий. Кампания оказалась неудачной. Попытка перейти в публичную политическую плоскость показала предел его социального капитала: узнаваемость не трансформировалась в доверие.
В 2004 году у него диагностировали рак носоглотки. Болезнь потребовала длительного лечения. Он проходил радиотерапию, потерял вес, испытывал проблемы со слухом и обонянием. По сообщениям гонконгской прессы, часть коллег по индустрии оказывала ему финансовую поддержку. Он возвращался к работе и давал интервью, демонстрируя жёсткую дисциплину в восстановлении. Однако рецидив болезни в 2008 году оказался фатальным. Шин Фуй-Он умер в августе 2009 года в возрасте 54 лет. Его похороны освещались в СМИ, на них присутствовали коллеги.
Трагизм его актёрской судьбы проявился в двух аспектах.
Первое — типажная фиксация. Индустрия использовала его как узнаваемую модель. Роли варьировались минимально. Он почти не получил возможностей выйти за пределы криминального амплуа. Повторяемость обеспечивала занятость, но ограничивала художественное развитие.
Второе — структурная уязвимость. В отличие от Чоу Юнь-Фата и Джеки Чана, чьи карьеры сопровождались продюсерскими стратегиями и выходом на международный рынок, Шин Фуй-Он оставался внутри регионального оборота. Его имя не капитализировалось за пределами азиатской аудитории, несмотря на участие в культовых проектах.
Похожая модель — с вариациями — проявилась и у других актёров второго эшелона.
Алекс Мань в 1980-е годы был востребован в криминальных драмах и телесериалах, играл амбициозных лидеров триад, карьеристов, морально неоднозначных героев. Он обладал экранной энергией, позволявшей претендовать на более высокий статус, однако его карьера оказалась привязана к региональному рынку. После спада 1990-х он постепенно сместился в сторону телевидения и работы на материковом китайском рынке. Международного прорыва не произошло. Его траектория показывает, как актёр с потенциалом ведущего героя может раствориться в изменившейся индустриальной конфигурации.
Эдди Ко представлял более старшее поколение. Он начал карьеру ещё в 1960-х, прошёл через телевидение, исторические драмы и криминальные фильмы. Его экранный образ ассоциировался с авторитетом — начальник полиции, судья, наставник, триадный босс. Он пережил несколько циклов спада индустрии и сохранял профессиональную устойчивость, однако почти никогда не становился центром повествования. Его имя оставалось известным внутри индустрии, но не превратилось в самостоятельный символ эпохи.
Общий знаменатель этих судеб — институциональная зависимость. Трагизм заключается не в отсутствии дохода и не в профессиональной безработице. Он проявляется в расхождении между масштабом присутствия в кинематографе и масштабом культурной памяти. Лицо становится частью канона, а имя не закрепляется в международной иерархии. Индустрия делает актёра незаменимым внутри жанра и одновременно заменяемым внутри системы.
http://www.youtube.com/watch?v=rlCsRIWUC9Q
Нет на самом деле отличный актер,и в комедиях и в драмах.